Самая перспективная группа пользователей Интернета — люди в возрасте от 60 и старше. Рекламодатели это уже поняли... У 75-летней шведской пенсионерки Сигбритт Лотберг установлено самое быстрое в мире интернет-соединение — сорок гигабит в секунду. Она может одновременно смотреть 1500 телеканалов или скачать фильм за две секунды. Установил суперсвязь ее сын Петер Лотберг, разработчик новой технологии передачи данных.

Cогласно данным Nielsen/NetRatings, количество пользователей Интернета в группе «старше 55» примерно такое же, как в группе «18-34». Это заставило бизнесменов и инвесторов от Интернета, которые так долго были одержимы идеей окучивания тинейджеров, начать целый ряд социальных интернет-проектов (Eons, TeeBeeDee, Rezoom, Maya’s Mom, Boomj, Boomertown и др.), направленных на старшее поколение.

Попытка социального ведомства Дармштадта (Германия) открыть интернет-кафе при одном из районных домов для престарелых увенчалась неожиданным успехом. Обитатели приюта совершают прогулки в Интернете, чтобы разложить пасьянс, сыграть в шахматы с виртуальным партнером, почерпнуть последние новости из таблоидов, установить контакт с единомышленниками по хобби или узнать, где можно приобрести интересующий товар со скидкой.

Электронными службами знакомств пользуется в Штатах более миллиона мужчин и женщин старше 65 лет.

В начале 2007-го в Интернете появился поисковик, созданный в расчете на пользователей старшего возраста. Технология этой поисковой системы отличается от существующих более понятным интерфейсом и тем, что в ней реализован «демографический» принцип индексирования страниц. Создатели выяснили, что самых популярных интернет-ресурсов у людей от 45 лет насчитывается порядка 500 000. Затем из этого числа отобрали 5000 самых-самых сайтов, составив краткое описание их содержимого и сделав так, чтобы на них вело как можно больше прямых ссылок в результатах.

Среди пожилых американцев был проведен опрос об использовании Интернета, из которого стало ясно: если детям или внукам удается уговорить старших хоть раз выйти в Сеть, они становятся самыми активными пользователями.

По сообщениям newslab.ru, rusnovosti.ru, НТВ, радио «Свобода», «Росбалт», webplanet.ru, pewinternet.com

Сказала мне приятельница:

— Представляешь, в классе у моего сына есть мальчик, которому рефераты пишет прабабушка. Блестяще пишет, учителя все время восхищаются.

Я покивала:

— Ну да, молодец.

— Задают такое иногда, что ни сын, ни мы с мужем нигде подробной литературы найти не можем. А она сидит в Сети и выуживает.

Я изумилась:

— Что? Кто сидит в Сети?

— Прабабушка! — был мне ответ…

Может быть, такую информацию я бы и не приняла всерьез, если бы где-то примерно год назад не присутствовала на конференции психфака МГУ, посвященной теме «Интернет и сознание». Там выступал один из «отцов» российского Интернета, доктор технических наук, профессор, директор государственных программ IBM и президент Союза операторов Интернет Марат Гуриев. Он поднял, в частности, удивительную для меня в тот момент тему: пожилые люди в Интернете оказываются продуктивнее, чем младшие поколения. Повторюсь: это было год назад, может быть, даже чуть больше. Конечно же, я ему звонила, просила, чтобы он поподробнее объяснил мне этот тезис, и он объяснял так примерно: чем выше уровень образования и шире кругозор, тем многоаспектнее используются возможности Интернета — сказывается интеллект. Пенсионеры переигрывают, могут вытащить больше. Факторы: у них больше времени, больше знаний и понимания. Многие из них привыкли работать с картотеками или они знают, к примеру, как звучит название по-латыни, они знают предмет и переформулировать запрос могут бессчетное количество раз... Они и выгребают все, что возможно, в отличие от тех, кто моложе…

Мне, для того чтобы всерьез говорить об этом, нужны были примеры, и я какое-то время искала их очень интенсивно. Узнала о том, что префектура Юго-Восточного округа Москвы организовала курсы компьютерной грамотности для пожилых людей, съездила туда, пообщалась… Все там было замечательно, но никаких подтверждений тезису ученого я не нашла.

И не то чтобы я совсем забросила тему, просто перестала ею заниматься специально. Но неосознанно отслеживала, запоминалось: вот прошла информация о том, что для британских пенсионеров Интернет стал более любимым времяпровождением, чем традиционно занимавшие в этом ряду первое место садоводство и рукоделие.

Тогда просто читала, а теперь специально восстанавливаю: 80-летний Питер Оакли стал самым популярным блогером — его видеорассказы с удовольствием смотрят больше двух миллионов пользователей. Потом, как будто специально, по нарастающей прошла новость теперь уже о 95-летней «звезде» блогов, испанке, которую принято уже называть «кибербабушкой», Марии Амалии Лопес. Но и это оказалось не пределом: выяснилось, что в возрасте 107 лет начала вести свой веб-дневник жительница Австралии Олив Райли — и уж она-то признана самым пожилым блогером на планете Земля. Пока…

Но в России таких ярких примеров не было. И что же могла сказать я в ответ приятельнице, если теперь, уже год спустя после начала интереса к теме, она говорит мне про прабабушку, которая сидит в Сети и ловит внуку основы для рефератов?

— ПОЗНАКОМЬ!

Выяснилось — я просила об очень трудном деле, невозможном практически. Так выразилась по телефону Таисия Андреевна. Ее правнука зовут Данила, он учится в выпускном одиннадцатом классе и, конечно же, готовится к поступлению в вуз «изо всех последних сил». Ему 17 лет, то есть он, получается, ровесник российского Интернета, и он согласился поговорить со мной, не раздумывая ни секунды. Это именно он научил прабабушку (ей — 84) навыкам пользования глобальной Сетью.

— Трудно было ее научить?

— Бабулю? Очень… Я просто уже и не верил, что получится что-нибудь. Во-первых, пальцы у нее медленные. Но главное — у нее страх был нереальный, страх нажать что-то не так и все сломать. И когда я понял это, сразу все наладилось…

— Как ты это понял?

— У нее руки дрожали сильнее. Я сначала думал, что она боится, что у нее не получится. А она боялась, что у нее не то получится… Что навредит, сломает «дорогую вещь»…

— А вообще, вот научить ее входить в Интернет ты сам решил?

— Да.

— Как пришла такая идея?

— Не знаю как… Лучше маме моей позвоните… Или еще раз — бабуле.

В его семье как-то странно сложились отношения со старшим поколением: бабушки и дедушки живут отдельно, и их Данила называет по именам. Доброе слово «бабуля» он произносит явно только применительно к прабабушке, которая живет в доме вместе с его родителями, как он выражается, «всю жизнь».

— Она мамина бабушка, — объясняет Данила, — и моя бабуля.

Статус ясен, но непонятно, отчего «бабуля» так упорно отказывается от встречи со мной.

— Я тоже не знаю, — совершенно искренне глядя мне в глаза говорит Данила, — после того как мама моего одноклассника мне сказала про вас, я ей передавал, просил…

— Она как-то мотивирует свой отказ?

— Ну, типа, «ой, не надо, я боюсь привидений». Типа, пресса сегодняшняя — нечисть сплошная, упыри, и совсем неясно, «чего следует опасаться».

Ага… Я звоню ей теперь, должно быть, в третий или, может быть, даже в четвертый уже раз — сбилась со счета:

— Таисия Андреевна, понимаете, как это важно… Многие пожилые люди, прочитав о вас, тоже, может быть, откроют для себя такую возможность общения, которого им не хватает…

— Нет, нет и нет!

— Но почему? Просто поговорите со мной. Я ничего не напишу, если вы не захотите.

— Так не пишите! Я не хочу!

Ладно…

Маму Данилы зовут Ольга. Она так же, как сын, соглашается на встречу сразу, рассказывает все обстоятельно. Четыре года назад у нее был очень тяжелый в жизни период: домочадцы задавили с двух сторон. Тринадцатилетний тогда Данилка и бабушка, которой под 80, становились одинаково невыносимыми…

— Ты ни в чем ему не уступаешь! У него хоть возраст трудный! Переходный. А у тебя что? — кричала Ольга бабушке.

— То же самое… Возраст переходный… — отвечала ей Таисия Андреевна. Ольга чувствовала тяжеленный комплекс вины… Шла обниматься-извиняться, но через какое-то время все повторялось

— Как специально: найдет, что больнее, и на эту тему, как на мозоль, и не то чтобы топчется, а просто пляшет в удовольствие!

— Это как, например? — уточняю я.

— У него очень сильная была проблема с прыщами, все лицо… И как-то не было этого еще у сверстников. Очень остро, болезненно он переживал. Так вот, в один день, представьте, она сначала извела его предложением поесть, раз 50, наверное, сказала.

Он уже на взводе, а она, завлекая сюрпризом, зазвала нас вместе, торжественно дождалась внимания, и что вы думаете? Подарила Даниле крем от прыщей. Ну, естественно, этот тюбик полетел в нее, он же не хочет даже упоминаний о проблеме внешности… Дверью хлопнул, а время к полуночи близится… А она за голову схватилась, ну как же — ранена! Смертельно! И криком: «Это вот твое воспитание!». Мое воспитание такое, что правнук вместо «спасибо» за то, что она, несмотря на гололедицу — вот же подвиг! — дошла до аптеки и купила этот крем на остаток пенсии! Такая жертвенная любовь к правнуку, и если не она, то кто же?

Ольга в тот период боялась сойти с ума… Говорит:

— Я серьезно этого боялась… Накричу — чувствую себя преступницей. А если их не осаживать, так просто поубивают друг друга: простой вопрос сына — в ответ целая лекция совсем про другое, со странными, обидными даже намеками. Он кулаки сжимает, она глаза закатывает!

...Я думаю, что не только у разных культур, но и у разных возрастных групп есть свой менталитет.

Из современников наших лучше всех, пожалуй, описал его известный психотерапевт Леонид Кроль в одном из своих постов ЖЖ: «Как умеют сводить с ума родители… Дай им бог здоровья, но это они умеют делать хорошо... Вообще, стоит мне прийти в гости, как создается впечатление, что я бутылка, которая попала на необитаемый остров, и в нее, по случаю, нужно вместить всю информацию для остального человечества, не только по поводу кораблекрушения, но и по многим другим вопросам опыта, накопленного на острове… Смотреть друг на друга не принято, как и слушать.

...В ситуации минимальной публичности, когда за столом есть гости, мама говорит заведомо громко, одно и то же повторяется несколько раз, грусть заталкивается куда-то, и на ее месте появляется эдакая заметная приподнятость. В этом нет ничего демонстративного, это скорее несвойственно ей, но потребность быть услышанной, невозможность докричаться, сгущающееся одиночество принимают столь вопиющие формы, что я чувствую боль, не желая отворачиваться в этот момент…».

Ольга не психотерапевт по специальности, она многого в тот момент не понимала и по-своему пыталась как-то спасти ситуацию. Она решила к лету вывезти своих «трудных» к морю. Но ведь сказано: «Помните семейство М-х? Три года подряд выезжали в деревню для укрепления уз. В результате даже собака взбесилась…».

В семье Оли «взбесилась» бабушка. На второй день отдыха в Анапе она покинула внучку и правнука со словами: «Я пешком дойду до Москвы. Но с вами здесь не пробуду более ни минуты!».

— Мы не поверили, думали, отойдет от гнева и вернется, — рассказывает Ольга, — а к ночи затревожились — нет ее и нет! При ее-то больных ногах пешком не могла она уйти далеко… Проехали всюду, где только можно было предположить ее местонахождение. И не нашли.

Бабушка объявилась в московской квартире на третьи сутки — передвигалась, как выяснилось, автостопом — мир не без добрых людей. За эти трое суток ее внучка и правнук поставили на ноги всех, кого только было возможно, и так извелись, что оба разболелись… Физически разболелись, а духовно — как будто вылечились.

— Данилка мне тогда сказал: «Мама, я хочу тебе и себе поклясться. Если бабуля останется жива, я никогда так больше не буду делать, как раньше…», — вспоминает Ольга. — И действительно, его с тех пор как будто подменили...

— Как «подмененный» вел себя?

— Ну, это вы уж лучше с ним еще разок переговорите. Он и расскажет, — пообещала мне Ольга.

— Я чего тогда понял про бабулю… Что она — чел., а жизни у нее своей нет. Вот она поэтому как-то в мою жизнь старалась залезть, а я грубил, дверью хлопал. Я понял: она гордая, она просто так не может взять и сказать, что одиноко ей. Ну и вот, значит, надо, чтобы у нее была жизнь своя, это я понял. Но ей же трудно, ноги больные, друзей совсем нет — поумирали. И тут дошло — Интернет же есть!

— Данила, можешь дать совет, как учить Интернету старших? Свою собственную инструкцию дать?

— Надо страх снять, бабуля сначала боялась очень… Нельзя давать задания — это унижает, я месяца два потратил, чтобы заново усадить. Нельзя верить, когда они говорят, что не хотят научиться, — это от неуверенности, от того, что они не верят, что смогут. Но нет ничего сложного, это надо объяснить, если надо — так двести раз, можно две тысячи раз, можно — два миллиона.
Главное — ни разу не показать, что вы сами не верите в их успех. Нельзя хихикать над их пусть даже очень смешным каким-то поведением. Нельзя изображать из себя строгого учителя — они обижаются, это бьет по их гордости. (Монолог Данилы в данном случае я привожу специально, не редактируя, в нем так много мудрости, что мне просто не верится самой, что это говорит мальчик 17 лет.). И еще, очень желательно, в таких случаях совмещать занятия по обучению интернету с изучением английского языка. Ведь не секрет, что старшее поколение обычно не очень знает английский, а когда приходится сталкиваться с новыми англоязычными терминами, то вообще пасует.

— А бабушка изменилась?

— Бабуля меня просто спасает… Я же говорил уже…

— Конечно, она очень изменилась. Она стала естественнее, нет той фальши, которая нам виделась раньше. Той бестактности… — вступает в разговор Ольга.

— Я уже не говорю о физической полезности — ясно, что любые самостоятельные действия в Интернете для престарелых — это тренирующие напряжения, это поддерживающие сохранность интеллекта умственные нагрузки. Но другая полезность: изменился статус человека внутри семьи, продлилась его психологическая жизнь, бабушка оказалась реально нужной, необходимой. Когда человек реально необходим, ему не надо больше искать каких-то нереальных поводов для подтверждения собственной значимости, — объясняет мне социальный психолог Вячеслав Шаров.
Продолжая его мысль, я могу сказать, пользуясь образом Леонида Кроля, что внучка и правнук перестали быть для Таисии Андреевны «бутылкой», которую надо заполнить, а значит, ее «остров» стал обитаем.

Под текст

Доктор технических наук, профессор, директор государственных программ IBM и президент Союза операторов Интернет Марат Гуриев:

— Во всем мире наблюдается достаточно ощутимое пришествие пожилых людей в Интернет — это системная реакция цивилизации на изменяющиеся условия жизни. Именно пожилые люди в будущем увеличат сетевую аудиторию. Они уже сегодня в России составляют процентов десять пользователей интернет-аптек, к примеру.

В середине 2007-го основатель молодежной социальной сети Facebook Марк Цукерберг удивил маркетологов, заявив, что с момента запуска его ресурса в конце 2006 года 50% его пользователей уже составляют люди, вышедшие из студенческого возраста. Согласно pewinternet.org, около 70% американцев в возрасте от 50 до 64 лет пользуются Интернетом.

Галина Мурсалиева


2008-05-04 • Просмотров [ 1801 ]